August 31st, 2016

Dragon Age: Масштаб зарубы

Я отвлекусь об обширной темы, которую развивал в последний месяц, в пользу посетившей меня неожиданно мысли. Вот я считал население космических колоний, а теперь еще раз проиллюстрирую, что "много" - понятие относительное.

В первых двух частях известной игры Dragon Age мы видим вполне себе маленькие средневековые королевства. Судьбу Ферелдена решает весьма скромный по меркам фэнтези, зато вполне реальный по настоящим средневековым, контингент. Внутрь Денерима идут по 20-50 бойцов из Редклифа, Орзамара, Бресилиана и Круга. Если предположить, что у ворот остается примерно столько же, и что кто-то погиб еще до входа в город, получим 400-500 человек (ну, там, гномов, эльфов) в армии Стража. Довольно немало, на самом деле, учитывая что речь идет исключительно о профессиональных воинах, которые могут пройти через всю страну за час форсированным маршем. После чего, без долгих проволочек, вступить в бой и выиграть его. Это выглядит внушительно и если исходить из визуального впечатления. Когда, в процессе игры, ты ходишь по всем этим редклифам и орзамарам, видишь маленькие городки, обойти которые можно без особых проблем и за короткое время. Редклиф так вообще деревня. Когда из такого поселения в дальный поход выезжает несколько десятков рыцарей, ты веришь, что это для него очень даже много, и что к походу действительно отнеслись серьезно.

Денерим - единственный крупный город Ферелдена, да и тот, если сопоставлять карту с увиденным, на мегаполис - даже средневековый - не тянет. Всего-то раз в пять больше Редклифа. Скорее всего, его гарнизон был сравним с армией, которую привел Страж. Точнее сказать сложно. Потому что, с одной стороны, на стены города с одной и той же площади застройки может выйти гораздо больше людей, чем в дальний поход. С другой, вся первая волна мобилизации осталась лежать под Остагаром. С третьей, в город вошли войска тейрна Гварена и эрла Амарантайна, часть из которых, с четвертой, была убита Стражем и его кликой в ходе предшествовавших событий. Ну и, к тому же, стратегия обоих сторон говорит об этом. Если бы в Редклифе было существенно меньше бойцов, чем в Денериме, отвлекающий удар по нему не имел бы смысла. И потом, армия Стража не просто преломила ход боя, а фактически выиграла уже проигранный гарнизоном бой. Если бы в Денериме было существенно меньше бойцов, чем в Редклифе, Эамон не ехал бы туда на переговоры лично, оставив армию дома.

Итого, судьбу мира (или хотя бы отдельно взятого королевства) решает сражение, в котором на стороне сил добра участвует не более тысячи человек. На стороне сил зла, как водится, больше, но не сильно. Поскольку в таком не очень большом городе как Денерим через отряды этих сил зла приходится прорубаться только совсем на подступах к цитадели, а до этого их наоборот нужно разыскивать. Если в пяти кварталах бой носит очаговый характер, этот бой не могут вести многие тысячи. Допустим, 1.5-2 тысячи порождений тьмы. И эти 1.5-2 тысячи все равно воспринимаются как орда (ну или, по крайней мере, значимая часть орды). Потому что в типичном населенном пункте Ферелдена проживает гораздо меньше людишек.

Переходя ко второй части, мы обнаруживаем примерно те же масштабы. Храмовников в Киркволле три сотни, и при этом они являются крупнейшей армией в городе. Еще бы, учитывая вышесказанное, трехсот опытных рыцарей, закованных в латы и сплоченных единым командованием, должно быть вполне достаточно для небольшого завоевательного похода. Это значимая сила не только в масштабах отдельно взятого города, но и в масштабах целых государств. И, конечно же, в масштабах самого ордена. Что отражено и в кодексе - "Киркволл - основной оплот храмовников на востоке". Даже не просто в Вольной Марке - восточнее этого города находятся большая часть Ферелдена, Антива и Ривейн.

По ходу игры, в Киркволле высаживаются "сотни кунари". Непохоже, что многие. Во-первых, они высадились с одного корабля, и хотя мы не представляем себе, что такое "кунарийский дредноут", это определенно был а) военный корабль, б) корабль, который только что обогнул материк, а значит вез очень много припасов и, соответственно, меньше бойцов. Во-вторых, райончик, выделенный гостям под лагерь, не вместил бы многие сотни. В-третьих, самой значимой военной силой по-прежнему остаются триста спартанцев храмовников. Кунари не менее организованы, обладают лучшими физическими данными, эффективной взрывчаткой и магической поддержкой. Значит, их банально меньше.

Да и не стал бы наместник - если только окончательно не выжил из ума - пускать в город многие сотни язычников. Уж больно мало у него своих бойцов. Городская стража (которую было бы справедливо называть гвардией наместника) сильно не ровня храмовникам. Группа, направленная на задержание опасной банды, состоит из десятка человек. Пять человек - это усиленный патруль в опасном месте. Совершенно нормальны одиночные и парные патрули. Причем как раз в том, что касается последнего, нет ничего удивительного. Во-первых, даже двое латников - это уже серьезно для патрулирования. Как бульдозер в уличной драке. Во-вторых, все эти патрули в мирное время работают по принципу фуражки городового. В-третьих, это еще более верно для средневекового города. Потому что средневековый город достаточно маленький, чтобы все в нем друг друга знали. И для любого горожанина патрульный - не абстрактный представитель власти, а совершенно конкретный Вася из соседнего двора. При необходимости, этот Вася без проблем может найти помощников среди местного населения.

Исходя из этих соображений, из наблюдаемых по ходу игры единомоментных скоплений стражников в одном месте и из того, что стража не смогла остановить атаку кунари, находясь на очень выгодной для этого позиции, можно предположить, что ее совокупная численность не превышала 200 гвардейцев. В случае войны, конечно же, собиралось ополчение. Но эти ребята были вооружены похуже, и было их больше в несколько раз, не на порядок. И сам по себе сбор ополчения должен занять определенное время, которого уже не было, когда кунари взбунтовались. Исходя из обычной для средневековья моблизационной способности, можно заключить, что население Киркволла не превышало 10 тысяч человек (и эльфов). Для средневекового города - очень много. Но...

На этом месте я восклицаю традиционное "но какого хрена!", без которого не может обойтись обсуждение посредственной игры. А Dragon Age 2 - игра в лучшем случае посредственная, в отличии от первой части. Но какого хрена во время одного единственного рейда за сиром Алриком Хоук с Андерсом убивают человек 30 храмовников и никто этого не замечает? Убивают, на секундочку, каждого десятого храмовника в городе. Десятипроцентные потери эквивалентны неплохому такому сражению. Потом этих героев должны были очень усиленно искать и, скорее всего, нашли бы. Но нет, Каллен и Меридит спокойно беседуют с Хоуком, как будто ничего не случилось.

Какого хрена в каждом акте Хоук вырезает по три банды, в каждой из которых не менее сотни разбойников, и это только те, кого убил Хоук? А есть еще и всякие разные Общества да Хартии, которых Хоук поголовно не вырезал, но которым попортил много крови.

Правда, сама композиция дает ответ на эти вопросы, который как бы не совсем метаигровой, но около того. С точки зрения композиции, то, что мы видим по ходу прохождения Dragon Age 2 - рассказ Варрика об этих событиях. Как говорится, Коля не врет, он слегка приукрасил. Ну, то есть, дословно он оперирует словами "толпы", "много" и "целый отряд", а моря крови и полные небеса спецеффектов образуются уже в воображении Кассандры, которая привыкла к реалиям более густонаселенного Орлея. Насчет которых я, увы, ничего не могу сказать, поскольку после того, каким фэйлом оказалась вторая часть, в третью я играть побоялся.